Археологи СВКНИИ обнаружили карандаш, которым пользовались люди каменного века. Нашли его на стоянке на реке Хета и тем доказали, что первый карандаш появился не в тринадцатом веке. Ученые обрабатывают образцы, собранные в прошлом полевом сезоне: наконечники, украшения. Рассказал, показал и написал древним графитом «Вести Магадан» Сергей Слободин, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник СВКНИИ.
Валерия Санкович, журналист: Здравствуйте!
Сергей Слободин, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник СВКНИИ ДВО РАН: Добрый день!
Валерия Санкович, журналист: Только‑только закончили обрабатывать находки с прошлого полевого сезона, всё перед нами на столе. Что это? О чём расскажете? Что интересного обнаружили?
Сергей Слободин, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник СВКНИИ ДВО РАН: Ну, ещё не закончили — в процессе, процесс идёт. Ещё предстоит очень много: составить планы, отфотографировать, отрисовать всё это для отчёта, который идет в Институт археологии в Москве.
А результаты у нас великолепные — я очень доволен этим сезоном. И много интересных находок, которые подтвердили ранее выдвигаемые нами гипотезы о времени и качестве существования этого объекта.
Кроме того, новые находки расширили наши представления об этом памятнике, об этой стоянке древнего человека. Мы её датировали ещё раньше каменным веком, самым древним, самым ранним периодом — палеолитом.
Правда, у нас палеолит здесь самый, скажем так, финальный. Есть кое‑где по Сибири (не говоря уже про Африку) — там палеолит очень ранний, древний: десятки, сотни тысяч лет. У нас тут всего лишь первые два десятка тысяч лет — буквально недавнее прошлое человечества, какие‑нибудь 10–15 тысяч лет.
Появились новые материалы, которые показывают характер жизни того племени, тех людей, которые жили у нас на реке Хета в палеолите — в самом конце ледникового периода, когда он уже заканчивался и через несколько тысяч лет наступал новый период — голоцен, связанный с очень большим количеством изменений в природе и в культурах. Старые культуры исчезали, новые появлялись, приходили сюда, на нашу территорию.
И всё это — такая круговерть, такой бурлящий котёл различных культур, которые перемешивались, смешивались, вытесняли друг друга. Наверняка и столкновения были: как принято у народов, помните, постоянно одни на других нападали, забирали себе в жёны женщин. Таким образом обновлялась генетическая структура человека.
Для данного сезона очень характерны такие находки, как листовидные наконечники — вот такой формы. Найдены ножи, скребки. Из того, что особенно интересно, — новые украшения. Украшения делали из мягкого материала: обтачивали, придавали им какую‑либо форму. Сейчас нашли такие каплевидные украшения, обломанные, к сожалению. Но мы нашли кусочки от них и сейчас в ходе обработки материалов будем их восстанавливать. Может быть, что‑нибудь восстановится.
Потому что мы установили кусок кремния, который они принесли, чтобы с него получать заготовки, из которых уже делали эти орудия: наконечники стрел, ножей, скребки, проколки. Обкалывая его, выбирая необходимые куски для обработки, мы их потом склеили. То, что у них было непригодно, они выкинули — мы это обратно сложили.
Вот такая была прямоугольная заготовка, которую они отбивали и получали преформы для других орудий. Наконечники не только листовидные, достаточно крупные для стрел, но и мелкие очень найдены. Ломалось у наконечника остриё, и человек раскручивал древко стрелы и выкидывал наконечник, делал себе новый.
Делать эти наконечники несложно. Мы восстановили процесс — этим во всём мире занимаются, и мы тоже этим увлеклись: восстановили процесс изготовления каменных орудий из таких заготовок кремния. Благо, что на Хете их можно собирать сколько угодно — чем и пользовался человек. Он использовал различный спектр каменных изделий.
Кремний чёрный, видите здесь… Здесь есть и кремний белый, желтоватый, с желтоватым оттенком. Есть коричневый кремний — тоже очень твёрдый, крепкий и цельный. Халцедон — очень удобный для обработки камень, который они собирали: прозрачный, белый. Его легко заметить.
Опять‑таки, говоря про подвесочки и украшения: человек не только бытом жил, не только задачей поймать мамонта. Скорее всего, это не мамонты были, а олени, которые проходили по реке, мигрируя из одной долины в другую. Стадо проходило через узкую долину, и поэтому можно было окружить это стадо оленей и добыть нужное количество для себя.
Валерия Санкович, журналист: Так и всё‑таки, что можно сказать нового о людях, которые здесь жили?
Сергей Слободин, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник СВКНИИ ДВО РАН: Новое, например, открыто было такое, что дух захватывает. Мы нашли карандаш — карандаш каменного века. Да, которым они писали. Вот он здесь лежит: небольшой кусочек графита. Графит, знаете, что это такое? Это то, что используется в карандашах. Он весь обточен — можете убедиться, со всех сторон. У него плоская структура. Кстати, сломался он, когда им писали, наверное.
Валерия Санкович, журналист: На грядущий полевой сезон у вас какие планы? Дальше Хету раскрывать?
Сергей Слободин, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник СВКНИИ ДВО РАН: И Хета в том числе запланирована. Посмотрим, будут ли финансы. Как вот про грант губернатора можно сказать: хорошо, но мало. Найти целый набор, может быть, карандашей тогда можно будет, если продолжить раскопки.
По крайней мере, интернет говорит, что карандаши как рисовальная вещь сначала были свинцовыми — где‑то с 13-го века. Какой 13-й век? Каменный век, палеолит — история карандаша. Википедию надо переписывать. Так что это очень перспективный материал для публикации. Естественно, мы будем давать информацию во все источники — как общепопулярные, так и научные.
Будем дальше копать и копать глубже, потому что, может быть, под этими материалами ещё будет какой‑то материал — ещё более древний. Может, даже ещё более древний карандаш. И есть много других памятников, очень интересных.
Например, мы сейчас готовим к конференции материалы по стоянке с Колымы. Мы рассматриваем спектр минералов, которые использовал человек: он использовал и обсидиан — это вулканическое стекло, и агальматолит. Подвесочка — видите, какая красивая? Она из двух частей, сломанная, древняя. Ведь человек же не оставлял типа: «Ой, это археологам». Нет. Всё, что мы находим, — потерянное, сломанное, упавшее. А мы вот находим это. Или, например, пластинки — ножевидные, которые я показал: вот они, обсидиановые. И всё это… Халцедоновые осколки…
Время идёт, и мы будем представлять материалы не только по Хете, но и по другим стоянкам. Их надо исследовать. Есть стоянка Хая — большая Хая, речка за Яблоневым перевалом. Там материал древнее, чем этот. Но, к сожалению, туда и добраться тяжело, и организовать работы тяжело. Будем планировать — уже сейчас ряд точек наметился, где мы будем работать.
Валерия Санкович, журналист: Очень интересно посмотреть, что удастся вынести из этого полевого сезона.
Сергей Слободин, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник СВКНИИ ДВО РАН: Да, надеемся, что что‑нибудь вынесем.
Валерия Санкович, журналист: Спасибо вам большое за беседу.
Сергей Слободин, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник СВКНИИ ДВО РАН: Спасибо, что интересуетесь, несёте, так сказать, в массы наши знания.
