От «Коммерсанта» к «Русскому Робинзону»: зачем Андрей Рубанов приехал на Колыму

Александр Колоколов, журналист: Андрей Викторович, здравствуйте!

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: Добрый день!

Александр Колоколов, журналист: Вы на Колыме впервые. Какие ожидания были перед поездкой и что вас уже удивило после приезда?

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: К каждой такой поездке я готовлюсь, потому что я очень люблю ваши берега. Я не называю их Дальним Востоком, Тихоокеанской Россией такой – я придумал такое выражение и стараюсь его внести. Я несколько раз бывал во Владивостоке, на Сахалине, в прошлом году на Чукотке. Сюда приехал впервые, но я приехал подготовленный. Поэтому ожидания… У меня тут друзья: Павел Юрьевич Жданов, глава издательства «Охотник», мой хороший товарищ. С его помощью, по его приглашению я приехал, много поводов для приезда у меня было, в том числе я мечтал много лет побыть здесь у вас. Я приехал подготовленный. Ожидания были, они все нормальные. Я человек неглупый, и я знаю, что такое Магадан, историю его хорошо знаю. И слава Богу, меня устроили, я и на трассу съездил, и так что, если были какие-то ожидания, они совпали с реальностью, скажем так.

Александр Колоколов, журналист: Вот на встрече как раз-таки с магаданскими читателями вы сказали, то, что в вашем новом произведении, над которым вы работаете, есть эпизод, связанный с Охотским морем. Можете немного рассказать об этой истории?

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: Ну, существует идея и проект моего друга, московского режиссёра Славы Росса – это сериал. Называется он «Русский Робинзон» по малоизвестной книге некоего писателя Сибирякова. Это был XIX век. Там сюжет такой, что аристократа с корабля на необитаемый остров высадили, предположительно на Шантарские острова. И предположительно, он на берег Охотского моря потом добрался с помощью местного эвена. А потом каким-то образом попал в устье Амура, и там был основан Николаевск-на-Амуре, в том числе с участием адмирала Невельского, который открыл пролив между Сахалином и материком. Вот об этом и об основании Николаевска-на-Амуре мы пишем сериал с коллегами. А материал я приехал изучать сюда, потому что эвены здесь у вас живут. А нам нужно изучить детали быта этого вот коренного малого народа.

Александр Колоколов, журналист: Хотел бы уточнить: это больше книжные работы или связанные с кино?

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: Я и книги делаю, и кино. И кино — это мой хлеб, я зарабатываю, а книги я пишу для престижа, потому что там… Так сказать, зарабатывать этим очень трудно, но это очень престижно. Кроме того, я этим занимаюсь 20 лет там, и уже остановиться не могу. Поэтому в прошлом году у меня задумана была и сделана повесть о Чукотке, но я понял, что я про Чукотку не напишу, если не побываю в Магадане, потому что исторически они очень крепко связаны два региона. Поэтому я тут у вас.

Александр Колоколов, журналист: Но вы объехали практически весь Дальний Восток. На ваш взгляд, чем Магаданская область отличается от других регионов?

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: Слушайте, здесь сами люди говорят, мои друзья, что, допустим, Владивосток — это Дальневосточная Одесса, а Магадан — это Петербург Дальневосточный. То есть это как бы среди умных людей это город интеллектуалов, город учёных. Ни в коем случае не город зеков, разумеется, а именно город людей науки. И он… Я как-то, когда к вам сюда приехал, я понял, что это совпало. Действительно, здесь какая-то такая аура. По крайней мере, я с теми людьми, с которыми я тут общался несколько дней, они все люди науки. Они очень хорошо разбираются там в истории, в экономике, в золотодобыче, в географии, геологии. Это ваш город, здесь умные люди живут, умные. Это вот Дальневосточный Ленинград. Ленинград даже, скажем так. Он… Архитектура уникальная, нигде такого подобного я нигде не видел вообще нигде. Я там примерно три четверти России объехал: от Калининграда до Южно-Сахалинска. Вот здесь архитектура, она такая уникальная. Я знаю историю вашего города неплохо, как дилетант, который что-то почитал. Но тем не менее. Архитектура ладно, а главное для меня — люди. Павел Юрьевич Жданов — мой товарищ, мы с ним вместе тут несколько дней провели, он мне всё это объяснил, познакомил с другими людьми. Я очень люблю вашего магаданского писателя Владимира Серкина. Он друг нашей семьи, дай Бог ему здоровья. Он приходил сюда ко мне на встречу. Я читал его книги и всем советую тоже. Он достаточно известен в Москве, профессор психологии, вдобавок здесь в Магадане. Поэтому, кто его не знает, не читал, он местный магаданский колымчанин. И кто не читал, рекомендую. Тоже мой очень добрый знакомый, давно его знаю и читал его книги. Наверное, так.

Александр Колоколов, журналист: Теперь поподробнее о ваших работах. Ваш роман «Сажайте и вырастет» во многом автобиографичен.

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: Так точно.

Александр Колоколов, журналист: Спустя 20 лет после выхода книги изменилось ли ваше отношение к тем событиям, которые легли в её основу?

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: Отношение не изменилось, я сам изменился, я просто вырос, как… Ну, времени много прошло. Я считаю, что человек меняется каждые семь лет. Учёные так утверждают. Круг общения каждые семь лет… Ну, ты, если мы же все растём, мы развиваемся. Отношение не изменилось, я сам стал другой. Немножко, как бы… В некоторых аспектах. Вырос, я как бы повзрослел, повзрослел.

Александр Колоколов, журналист: Это ваш первый роман, как мне известно?

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: Да, первый. Я вырос в семье школьных учителей и писателем хотел стать с тринадцати лет. Я с тринадцати лет пишу. Я поступил с этой целью на журфак МГУ. Я там три года отучился, отслужил в армии. Я собирался стать писателем. Но начались девяностые, все побежали в бизнес, мои друзья пошли в бизнес колотить деньги и позвали меня. И я временно, значит, эту мечту, там вот это всё написано в книге, временно оставил эту мечту и пошёл с друзьями, тоже побежал за деньгами, как многие молодые ребята. Нам было по 20 лет тогда. А потом, после того, как девяностые прошли и немного жизнь успокоилась, я решил, что я вернусь к своей цели номер один. Вот так это было.

Александр Колоколов, журналист: В этом году по вашему роману вышел фильм «Коммерсант». Вы признавали, что не ожидали такого успеха картины, во всяком случае, полмиллиарда рублей кассы собрал. Почему, как вам кажется, она так сильно откликнулась зрителю?

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: Во-первых, зрителю надоели сказки и комедии. Не хочу критиковать своих коллег, которые делают кино. Так у нас так не принято. Но сказки и комедии невысокого качества, прямо скажем. И людям просто это поднадоело. И вот на этом фоне там жёсткая криминальная драма 18+, она, ну, как выглядела свежо. Такого кино мало у нас. Но ближайший аналог — это «Текст». Фильм «Текст», который, если не ошибаюсь, в восемнадцатом году вышел. Тоже Петров там снимался. Петров играл тоже главную роль, и когда мы с ним разговаривали, для него было очень важно превзойти результат того фильма «Текст». Он очень умный человек, ну, для актёра очень умный. Актёры бывают не очень умные. Вот он умный. И он как-то так вот эту выделяет, эту тематику, вот как бы жёсткий криминал. Он органично играет в таких фильмах, и вот он говорит: «Мы хотим превзойти тот успех». И вот мы сейчас, очевидно, превзошли. Я думаю, что он доволен.

Александр Колоколов, журналист: Насколько активно вы участвовали в создании фильма? Легко ли было доверить вашу историю режиссёрам? Тем более, кстати, были они дебютирующие, если не ошибаюсь.

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: Доверить было нелегко. Но дело в том, что они — это сыновья моего друга. Их отец Андрей Кравчук — известный режиссёр, который делал фильм «Адмирал», «Викинг», «Союз Спасения». Вот осенью выйдет очередной фильм про Петра Первого, Полтавскую битву, тоже батальные сцены невероятные там. И он… А это его сыновья — Никита и Фёдор. Одному на тот момент, когда мы начинали, одному было 26, другому 24. Только-только они заканчивали ВГИК. Нелегко было доверить, да. Но я посмотрел, а почему нет? У них глаза горели. Как оказалось, я, ну, мы все, я не ожидал, никто не ожидал, но они очень талантливые ребята, и у них всё получилось. Вот, я за них очень рад. Участие моё было там минимальное. То есть вы задали вопрос: «Легко ли было доверить?» Внутри меня, конечно, тяжело. А участвовать, поскольку это сыновья моего друга, я тоже к ним какие-то отцовские чувства плюс-минус питаю. И мы поняли, что если они серьёзно подошли к вопросу, то им не надо помогать. Они должны всё сделать сами. Если бы они провалились, это был бы их провал. А если вот они сейчас на гребне успеха, это только их успех. Это, ну, важно для творческого человека. Когда вы знаете, что никто мне не помогал, я сам это сделал. Вот вся слава моя.

Александр Колоколов, журналист: Был ли в фильме момент, который удивил даже вас?

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: Удивило — это не то слово. Мне было и тяжело. Ну, это был стресс. Я не могу объяснить, положительно мне было плохо или хорошо. Ну, это моя собственная жизнь. Понимаете, собрались люди, 150 человек, которых я не знаю, воссоздали мою собственную жизнь, включая артиста Петрова, который выходил и говорил: «Я Андрей Рубанов». Это нелегко на экране видеть. Поэтому это был просто стресс. Я недавно только из него вышел, потому что фильм только в мае, вот, по-моему, он и сейчас до сих пор… в прокате идёт, потому что он больше полумиллиарда уже собрал. В том числе его во многие страны продали уже, успели в Италию продать, Латинскую Америку. Там везде, где есть какие-то серьёзные криминальные субкультуры, везде в эти страны продали.

Александр Колоколов, журналист: Зрители сейчас открывают для себя вас как автора именно через фильм «Коммерсант». Если после просмотра человек захочет познакомиться с вашим творчеством, с какой книги вы бы посоветовали начать и почему?

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: У меня около двадцати книжек, я точно не скажу, они все разные. Там есть «Туркраем», это криминал, «Сажайте и вырастет». Есть продолжение этой истории «Великая мечта», второй роман. Третий роман называется «Йод». От слова… как… медицинское снадобье — йод. Есть сборники рассказов на эту же тему. Если кто интересуется этим «Туркраем», 90-е — нулевые годы, бизнес и всё, что вокруг него, околокриминальные какие-то истории там, жёсткие такие какие-то драмы. Есть фантастика у меня, которая тоже, людям нравится. Есть у меня там славянское фэнтези «Финист – Ясный Сокол», которая получила там тоже премию «Национальный бестселлер». Смотря к чему лежит душа, надо просто посмотреть, в интернете всё есть, грубо говоря. С какой книги посоветовать? Господи, какую возьмёте, ту и читайте. У меня есть книги лучше, хуже, но таких откровенно плохих, слава Богу, нету. Я стараюсь с читателем уважительно обходиться.

Александр Колоколов, журналист: А есть произведения, которые, на ваш взгляд, оказались незаслуженно недооценены читателями?

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: Я вообще иногда считаю себя недооценённым. Думаю, у каждого творческого человека бывают такие моменты. Если ты не Энди Уорхол, не Мартин Скорсезе, не Кристофер Нолан или Сергей Лукьяненко (дай Бог ему здоровья), то, наверное, считаешь себя недооценённым. Я много работал, написал около двадцати книг, и везде старался.

Александр Колоколов, журналист: Вы перечислили в основном кинорежиссёров. Ваши книги, насколько я понимаю, изначально очень тесно связаны с изобразительным искусством и кино, ещё до экранизации «Коммерсанта». Я правильно понимаю?

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: Да, верно. Я использую кинематографические приёмы. Дело в том, что сама техника построения сюжета, то есть драматургия, одинакова в кино и литературе. Этим занимались и Толстой, и Достоевский. Тогда не было кино, но они знали, как увлечь читателя. Без этого невозможно. Конструкция драмы абсолютно одинакова и в кино, и в литературе. Я изучил теорию сюжетосложения применительно к кино ещё до работы в кинематографе, заранее знал. Мне было интересно, потому что, повторяю, это одно ремесло, ему можно научиться. Я люблю, когда у меня получается увлекательно, когда читатель с удовольствием переворачивает страницу. Я стараюсь, чтобы этот эффект был.

Александр Колоколов, журналист: Если говорить не о ваших книгах, какие писатели и произведения вы сами регулярно перечитываете? Есть ли у вас какой-то главный литературный ориентир?

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: Я в подростковом возрасте очень любил Стругацких. Потом я полюбил Эдуарда Лимонова, потом я полюбил Набокова. Это я не беру там, допустим, Некрасова или Гоголя, потому что мама у меня – учитель русского языка и литературы, она Некрасова наизусть. Допустим, Высоцкий – чрезвычайно известный в Магадане поэт. Он же тоже поэт, он тоже принадлежит к русской культуре, к русской литературе, несмотря на то, что он играл. Но он поэт, настоящий, классический, на мой взгляд, равный Пушкину. Я на нём тоже вырос. И он тоже на меня повлиял. Ну, и так, американцы какие-то там, допустим, Брэд Истенелис. Но это было достаточно давно, а сейчас я, если мне надо отдохнуть, то я, наверное, скорее Стругацких возьму. Но тоже там странички две почитаю. А так у меня времени нету, я читаю научные труды, то, что нужно для текущей работы. Художественную литературу давно уже не читаю. Только то, что надо для работы, только науку научную или справочники какие-то.

Александр Колоколов, журналист: Сейчас многие отмечают тенденцию: люди меньше читают книги и больше смотрят кино, видео и другой контент.

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: Литература учит нас думать, потому что она хранит речь, язык. Если в определённом возрасте (8—10 лет) начинаешь читать хорошие книги, у тебя формируется собственный язык, речь. Ты запоминаешь всё подсознательно. Так устроен мозг подростка. Поэтому человек, много читающий хорошей литературы, умеет правильно и чётко мыслить, говорить. И люди начинают его слушать. Другого варианта научиться много, хорошо и внятно думать и при этом хорошо разговаривать  — надо читать книги, желательно хорошую литературу, начиная с 10—11 лет.

Александр Колоколов, журналист: А если так сложилось, что момент детства, юности и подростковый возраст упущен, есть ли шансы у взрослого человека, который не занимался самообразованием, что-то наверстать?

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: Конечно, есть. Человек растёт всю жизнь. И в 80, и в 90 лет. Развитие происходит всегда. В любом возрасте можно заняться любым делом, было бы желание. Если человек до 20—30 лет не читал, а потом решил читать — вперёд. Возраст не имеет значения. Голова меняется с годами. Лучше в подростковом возрасте, но если момент упущен, его можно наверстать, хоть тебе и семьдесят. Было бы желание.

Александр Колоколов, журналист: И напоследок, после знакомства с Колымой, появилось ли желание написать произведение, которое полностью будет происходить здесь?

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: Не полностью, но у меня сейчас пишется книга про Чукотку. Поскольку Магадан исторически связан с Чукоткой, там будут и про Магадан. Я хочу написать именно о севере этого региона, не о южной его части, где жизнь другая. Что касается художественной литературы, то пусть магаданцы и колымчане сами напишут. Мне выгоднее, чтобы здесь возникали новые имена. В том числе и ради этого я приезжаю. Мы устраиваем питчинги, у нас есть активисты, которые устраивают фестивали в вашем регионе. И чрезвычайно важно, чтобы у вас появлялись творческие, яркие люди. Пусть это будут поэты, живописцы, кто угодно. Мне гораздо важнее, чтобы у вас свои таланты подрастали. Вот чего бы я хотел.

Александр Колоколов, журналист: Андрей Викторович, большое спасибо за беседу.

Андрей Рубанов, писатель, сценарист: Спасибо, что позвали. Желаю всем, как Чина Моторова сказала: «Нельзя говорить «не болей», надо говорить «будь здоров». Будьте здоровы.